Прорыв немцев из Кенигсберга (8-9 апреля 1945г.)

Боевые действия на территории Восточной Пруссии, рассказы, исследования, фото

Прорыв немцев из Кенигсберга (8-9 апреля 1945г.)

Сообщение logo » 14-01-2007 17:41:31

В ночь с 8 на 9 апреля 1945 года, во время штурма города Кёнигсберг (6 – 10 апреля 1945 года) гарнизон немецкой крепости сделал попытку ночного прорыва (оперативной вылазки) по направлению г. Пиллау (Балтийск), для соединения с основными силами.
Эта история нередко встречается в воспоминаниях участников и свидетелей штурма города, однако подробного описания данного события пока нет.
В попытке восполнить этот пробел в истории, автор использовал опубликованные свидетельства участников и очевидцев, при минимуме комментариев.


Боевая обстановка к вечеру 8 апреля 1945 года в городе Кёнигсберг:

Комендант крепости, генерал О.Лаш:
«8 апреля русским удалось форсировать Прегель с юга (район двухъярусного моста). Кольцо неприятельского окружения замкнулось на участке между Юдиттеном, Ратсхофом и Амалиенау (район кинотеатра «Победа» в 14.00 по Москве).
Линия обороны 561 дивизии народных гренадеров тоже была прорвана и основная часть дивизии оказалась отрезанной от крепости (обороняла участок пос. Зелёное, Совхозное, А.Космодемьянского). Дивизионный штаб получил разрешение перенести свой командный пункт на Замландский полуостров, поближе к основным силам дивизии.
Там, между Модиттеном (Косма) и фортом №7 «Хольштайн» (Прегольский), была образована новая линия обороны фронтом на восток. Северо-западный, северный и южный фронты отодвинулись под натиском противника до городских предместий и самого города»
«Вечером 8 апреля передний край обороны проходил на юге по северному берегу Прегеля, мосты через который успели своевременно взорвать, затем вдоль старого вала от Нового Прегеля до Верхнего пруда (Литовский вал) и далее мимо башни «Врангель», через территорию Ярмарки, Северный вокзал, площадь Вальтера Зимона (стадион «Балтика») до кольца укреплений в районе бастиона «Штернварте»(ул.Горная)».

Командующий 43 армией генерал Белобородов А.П.:
«Так 8 апреля встретились на Прегеле воины 43-й и 11-й гвардейской армий. Окружение кенигсбергского гарнизона было завершено. Образовавшееся кольцо с запада и северо-запада сжимали корпуса Лопатина (13 гвардейский стрелковый) и Ксенофонтова (54 стрелковый), с северо-востока — 50-я армия генерала Ф.П.Озерова, с юга — гвардейцы генерала К. Н. Галицкого (11 гвардейская армия).
Успех 13-го гвардейского корпуса тотчас использовал командир 90-го корпуса генерал Седулин. Его штурмовые отряды овладели западным пригородом Кенигсберга Иудиттеном (Менделеево), а введенная в бой из второго эшелона 319-я дивизия прочно блокировала форт № 6. Одновременно другие дивизии корпуса — 26-я и 70-я — развертывались в западном направлении, образуя внешний фронт окружения Кенигсберга.

Карта обстановки..
Koenigsberg_Apr8_45.jpg

Комендант крепости, генерал О.Лаш:
«Страх охватил заместителя гауляйтера (Гроссхер) и его помощников. Наконец до них дошло, что Кенигсберг потерян. Они явились на мой командный пункт (университет на Соммера) и отсюда просили гауляйтера (Э.Коха) по телефону разрешить им прорваться изнутри крепости, получив для этого необходимые военные силы. Они мотивировали свою просьбу тем, что это позволит вывести из города также и основную массу населения. Э.Кох добился от армии соответствующего приказа. На мое предложение о том, что осуществить этот прорыв надо всеми наличными силами, уничтожив противника на участке между Кенигсбергом и Юдиттеном (Менделеево) - армия отвергла.
«Крепость следует удерживать и дальше, для прорыва с целью эвакуации партийных деятелей и гражданского населения использовать незначительные силы» – так говорилось в приказе.
Попытка прорваться незначительными силами, имея перед собой мощного противника, была, разумеется, обречена на провал. Поэтому я вновь подчеркнул в личном телефонном разговоре с генералом Мюллером (командующий группой «Замланд», штаб в Пиллау(Балтийск)), что только массированный прорыв всего гарнизона крепости мог бы иметь некоторые шансы на успех. На это последовало заявление, что: «наш долг – удерживать крепость, сражаясь до последнего человека».

Командующий 43 армией генерал Белобородов:
Бои под Иудиттеном (Менделеево) приняли исключительно ожесточенный характер. Фашистская группа войск "Замланд" стремилась прорваться через этот пригород к Кенигсбергу, пока фронт окружения не стал еще плотным. Танковые контратаки противника следовали одна за другой. И трудно пришлось бы нашей пехоте, если бы ее боевые порядки не укрепил 350-й гвардейский самоходно-артиллерийский полк. Этот полк, машины которого были вооружены мощными 152-мм пушками, сыграл большую роль в отражении контратак противника.
Ожесточённые бои, завязавшиеся под Иудиттеном (Менделеево), на внешнем фронте окружения, в конечном итоге повлекли за собой перестройку боевых порядков 43-й армии. Вечером 8 апреля я получил от командующего фронтом устное распоряжение. Суть его состояла в том, чтобы постепенно вывести главные силы армии из Кенигсберга и развернуть их западнее города (в сторону Балтийска) с задачей отбросить Замландскую группировку противника.
Очень своевременным оказалось это перенацеливание 43-й армии с внутреннего фронта окружения Кенигсберга на фронт внешний. Учтено было и реальное соотношение сил, и боевые возможности противника, и, наконец, те решения, которые мог он принять в сложившейся обстановке.

Комендант крепости, генерал О.Лаш:
«Соответствующий приказ поступил около 20.00. Он гласил:
Продолжать удерживать крепость Кенигсберг.
Небольшими силами в виде ударных отрядов (чтобы не ставить под угрозу выполнение главной задачи) установить связь с 561 дивизией народных гренадеров.
561 дивизии народных гренадеров вместе с подразделениями 5 танковой дивизии атаковать противника с запада (с Космы в сторону Кёнигсберга).
Этим подразделениям не продвигаться дальше восточной окраины Юдиттена (Менделеево-начало ул. Тенистая аллея).
Между цепочками ударных отрядов пропускать гражданское население».
Чтобы эта попытка прорыва могла иметь хоть какие-то шансы на успех, участвовать в операции назначались:
Штаб 61 пехотной дивизии (генерал Шперль) со всеми батальонами, которые можно было снять с восточного фронта.
Части 548 дивизии народных гренадеров (генерал Зудау).
Часть артиллерии 367 пехотной дивизии (генерал Хенле), большая часть крепостной артиллерии со всеми наличными боеприпасами……..».
«Партия должна была организовать сбор гражданского населения и руководить им».

Изображение
Изображение
Синие стрелки - направление ночного прорыва.....


Г.Беддекер «Горе побеждённым», очевидец:
«К вечеру 8 апреля стало ясно, что уже ничто не спасёт Кёнигсберг. В тот самый миг, когда Советская Армия была готова нанести окончательный удар по городу, житель Кёнигсберга Вильгельм Баттнер наблюдал, словно в тумане, странную сцену на площади Троммельплатц (район Гвардейского проспекта и Театральной), там, в кромешной тьме столпились тысячи мирных жителей, женщин и детей. Дети кричали, женщины рыдали, хотя и старались успокоить малышей.
Людям в Кёнигсберге стало известно, что немецкие войска готовились к ещё одной попытке вырваться из крепости и пробиться на запад. Среди собравшихся были функционеры НСДАП во главе с заместителем гауляйтера Гроссхером.
Правда, главное командование сухопутных войск запретило генералу Лашу массовое использование войск в этой акции. Полученный им приказ гласил: «Крепость необходимо удерживать и впредь.
Прорыв партийцев и гражданского населения осуществлять лишь малыми силами».

Комендант крепости, генерал О.Лаш:
«Между тем ввести ударную группу в бой оказалось делом чрезвычайно трудным, приказ поступил из армии слишком поздно. Стягивать части в исходный район мешали многие обстоятельства – сильный огонь артиллерии, воздушные ночные налеты, груды развалин на пути. Продвижение ударных отрядов задерживалось».
«Ко всему прочему партия, не согласовав своих действий с командованием крепости, назначила на 00.30 сбор гражданского населения на пути оперативной вылазки на запад. Весть о сборе передавалась из уст в уста. В результате весь путь оперативной вылазки на всю ширину (район Гвардейского проспекта и улицы Театральная) был заполнен гражданским населением. Жители двигались плечом к плечу, катились повозки, все это производило сильный шум».


Командир 192 гренадерского полка 61 пехотной дивизии майор Левински:
«На участке 61-й пехотной дивизии (Васильково, Малое Исаково) ничего особенного до сих пор не происходило. Налеты, осторожное прощупывание, сковывающие атаки, в общем, относительно спокойно.
8 апреля в первой половине дня полк получил приказ – осторожно отойти к городу. Наш сосед слева, 75 полк охранения, должен был одновременно занять позиции в предместье города (Невское), а к вечеру отойти на линию внутреннего кольца укреплений (район ул.Литовский вал).
Трем батальонам нашего 192 полка предстояло сосредоточиться сначала в подвалах домов на Россгартенском рынке (район улицы Куйбышева), а вечером выйти к Ботаническому саду (улицы Ботаническая – Бесселя), заняв исходный район для прорыва в сторону Пиллау (Балтийск).
На время прорыва полку обещали придать второй дивизион артиллерийского полка 367 дивизии под командованием майора Хартмана.
Более точные приказы ожидались позднее.
Выполнить этот приказ было невозможно, ибо стоило только нашим полкам сняться с позиций, как русские тотчас же нанесли бы удар вслед. Поэтому в 14.00 этот приказ был отменен.
Около 19.00 мы получили новый приказ – занять как можно быстрее ранее указанный район с западной стороны Ботанического сада (ул.Ботаническая – Бесселя).
Изображение

Командующий 11 гв. армией, генерал Галицкий:
«Наш левофланговый 36-й гвардейский корпус наступал своей 18-й дивизией, штурмовые отряды которой в 2 часа ночи 9-го апреля атаковали оборону немцев в кварталах севернее кладбища и восточнее Амалиенау (район улиц Зоологической и пр.Мира), но успеха не имели».

Командир 192 гренадерского полка майор Левински:
61 пехотная дивизия вместе с остатками 548 дивизии и 561 дивизий народных гренадеров должна была наступать южнее дороги Кенигсберг – Пиллау, прорваться там сквозь вражеские позиции и открыть путь для эвакуации гражданского населения.
Это было отчаянное предприятие, имевшее лишь незначительные шансы на успех, тем более что проводить его надо было в страшной спешке. Сведения о противнике мы имели скудные. Известно лишь было, что на севере русские вышли к южному берегу Верхнего пруда, а на юге противник занял Биржу (ДКМ), которая находилась примерно в четырехстах метрах к югу от нашего исходного района. В заводском квартале Коссе (Воздушный), примерно в километре к юго-западу от нас, были замечены русские танки.
Никто не знал, в наших ли еще руках форт №7 «Хольштайн» (Прегольский), расположенный к западу от города на северном берегу Прегеля.
Штурмовые орудия и счетверенные 20-мм самоходные установки должны были расчистить путь к Пиллау (Балтийск).
Командование принял командир 548 дивизии народных гренадеров генерал-майор Зудау. Командир 61 пехотной дивизии генерал Шперль был в это время тяжело ранен.
192 гренадерский полк вместе со вторым дивизионом артиллерийского полка 367 дивизии должен был выступать на участке 61 пехотной дивизии в качестве первого эшелона, во втором эшелоне были остальные подразделения дивизии.
Для переброски 192 гренадерского полка с восточного фронта через центр города в исходный район была произведена рекогносцировка местности.
Выступление назначили на 23.00. Чтобы облегчить прорыв, в 4.00 с запада в сторону кольца окружения должна была нанести удар 5 танковая дивизия. Время было дорого. Хотя батальоны были предупреждены, что с наступлением темноты (18.00 по Москве, 20.00 по Берлину) надо сниматься с позиций как можно незаметнее, следовало ожидать, что марш через полностью разрушенный город, все еще находившийся под сильным обстрелом, будет длительным и трудным».

Табличка к боевой технике, принадлежала артиллерийскому полку 548 дивизии народных гренадёров.
Найдена в 2006 году северо-западней Калининграда.

Изображение

Командир 192 гренадерского полка майор Левински:
"По Закхаймским воротам (Московский проспект) уже много часов подряд вели ожесточенный огонь несколько батарей противника, каждую пару секунд местность вокруг ворот сотрясалась от страшных взрывов, а на дороге появлялись все новые и новые воронки. Комплекс зданий сиротского дома с его старыми, двухсотлетней давности постройками (район ул. Фрунзе) пока что относительно стойко выдерживал эту бурю огня, к тому же он находился несколько в стороне.
Здесь и собрались батальоны, разместившись в подвалах и нижних этажах. Время поджимало, а роты подтягивались бесконечно долго.
Наконец приказ был отдан. Каждый батальон вели люди, хорошо знавшие местность, однако знания эти, как мы потом поняли, оказались ни к чему, ибо в том аду, каким стал Кенигсберг, невозможно было ориентироваться.
Там, где раньше проходили улицы, теперь угадывались в ночи лишь призрачные ландшафты. Разведанные дороги уже через час оказались непроходимыми. То и дело рвались бомбы, снаряды, ракеты «сталинских органов» («катюша»), на улицы обрушивались фасады еще уцелевших домов, бомбы пробили огромные воронки.
Сквозь этот хаос с юга на север шли, мешая друг другу, обозы, грузовики, артиллерия и штурмовые орудия. В конце концов они так перемешались, что не могли уже двигаться ни вперед, ни назад. Ужасная картина.
Сквозь этот ад приходилось пробиваться вперед и нашему полку, то разыскивая дорогу, то обходя противотанковые заграждения и воронки. Наши артиллерийские и боевые обозы вскоре безнадежно застряли, зажатые всевозможным транспортом, отрезанные новыми воронками и развалинами.
В 0.35 штаб полка наконец добрался до непроходимого леса, который был некогда Ботаническим садом. Здесь, как и везде, на каждом шагу зияли воронки, деревья стояли поломанные и расцепленные. Штаб дивизии еще не дошел до своего командного пункта, которым должно было стать бомбоубежище недалеко от бастиона «Штернварте» (Гвардейский проспект).

Изображение
Аватара пользователя
logo
Архивариус
 
Сообщения: 5846
Зарегистрирован: 07-09-2004 05:00:00
Откуда: НН
Благодарил (а): 950 раз.
Поблагодарили: 1112 раз.


Сообщение logo » 14-01-2007 18:33:09

Командующий 43 армией генерал Белобородов:
«Вражеское командование, разумеется, понимало, что удержать Кенигсберг оно уже не в силах. Поэтому следовало ожидать попытки прорыва наиболее боеспособных частей гарнизона на запад, на воссоединение с армейской группой "Замланд".
Направление этого прорыва могло быть одно — из центра Кенигсберга через Иудиттен (Менделеево) и далее вдоль железной дороги на Фишхаузен (Приморск), то есть через боевые порядки нашей армии. Мы тотчас начали перегруппировку войск.
Перегруппировка войск армии, новые задачи, поставленные двум из трех ее корпусов (54-й корпус (генерал Ксенофонтов) продолжал штурм центральной части города (Центрального парка), позволили нам создать как бы тройной заслон на прайон проспекта Мира у путях возможного прорыва кенигсбергского гарнизона и встречного удара группы "Замланд".

Командир 192 гренадерского полка майор Левински:
Перед нами находился бастион «Штернварте», одно из оборонительных сооружений внутреннего кольца укреплений, а к западу от него – ров, откуда нам предстояло совершить прыжок в неизвестность. В бастионе «Штернварте» настроение гарнизона было как перед концом света. Сотни солдат и офицеров набились в ходы сообщения, ожидая здесь страшного суда.
Тут мы наткнулись и на капитана Бертхольда, находившегося поблизости с остатками 171 гренадерского полка (56 пех.дивизия, отступила из Балт - района), пожелавшего присоединиться к нам. Под его началом было около 150 человек.
Между тем подошли и первые роты. Однако, пока основные силы полка занимали исходный район, время приблизилось уже к 20.00, а некоторых рот все еще не было.
Майору Хартману из противотанкового дивизиона 367 пехотной дивизии удалось собрать лишь горстку людей человек в тридцать, его батареи намертво застряли в городе.
Оперативный отдел штаба 61 пехотной дивизии без конца торопил нас с выступлением, безжалостно поджимало и время. Надо было спешить, если мы хотели прорваться под прикрытием ночи через две линии фронта – одну в черте города, другую – на пути к Замландскому полуострову.

Фото: Бастион «Штернварте» Калининград 2005г.
Изображение

И. Кобылянский артиллерист 43 армии:
«Перед сумерками (8 апреля) наш отряд переместился на окраину города. Мы расположились на территории продолжавшего действовать немецкого военного госпиталя (ул.Дмитрия Донского).
Командир отряда Соин, я и еще четверо офицеров разместились в угловом флигеле здания, две пушки моей батареи — во дворе, стволами на открывавшийся пустырь. «Боевое охранение» из двух человек заняло окопчик на улице, под окном флигеля. Наступившее недавно затишье и безлунная ночь мгновенно усыпили смертельно усталых бойцов отряда, так и не дождавшихся доставки пищи. Кое-кто из офицеров дремал сидя».

На карте:
Красный кружок - место дислокации штаба артиллеристов 43 армии и Кобылянского И.
Розовый кружок - место гибели генерала Зудау (548 дивизия), командующего прорывом.
Синие стрелки - направление движения групп прорыва

Изображение


Командующий 11 гв. армией, генерал Галицкий И.К.:
«В 2.30 после сильного огневого налёта дивизия была внезапно атакована противником из города, стремившимся прорваться на запад».

Командир 192 гренадерского полка 61 пехотной дивизии майор Левински:
Выступили мы около 2.00, справа усиленный 1 батальон 192 полка, слева – остатки 171 полка (56 пех.дивизия, отступил из Балт - района). Перед нами был глубокий ров, по дну которого проходила железная дорога, связывающая Главный и Северный вокзалы (пересечение Гвардейского проспекта и улицы Горной).
Нам предстояло его преодолеть. Передовая линия русских была сразу смята, и мы продолжали наступать через прилегающее кладбище (южная часть Центрального парка).
Здесь начались первые трудности. Со всех сторон – фланкирующий огонь, перемежающийся залпами «сталинского органа» (катюша), бившего по кладбищу.
Ориентироваться на этой местности, имевшей плохой обзор, перерезанной проволочными заборами и множеством дорог, было почти невозможно.
Единственным ориентиром служила стоявшая чуть правее нас русская автомашина с репродуктором, оглашавшая ночь пропагандистскими речами. Сразу же за батальонами следовал штаб полка со своей ударной ротой. Он встретил сопротивление лишь местами, сумев подавить его оружием ближнего боя.
Чуть правее штаба полка тяжелый бой вел пехотный батальон. Очевидно, 1-й батальон 192 полка взял правее (к проспекту Мира) и вышел к домам по дороге на Пиллау (улица Дмитрия Донского).
Высланные связные не вернулись. Второй эшелон, который должен был следовать за нами, судя по всему, так и не выступил.
Преодолев высокий забор на краю кладбища, и взяв чуть левее, мы остановились. Здесь мы отделились от майора Хартмана, продолжавшего со своими артиллеристами наступать по центру (улица Дмитрия Донского).

На фото: Немецкая самоходная установка поддерживает атаку пехоты. Район Кёнигсберга 1945 г.
Изображение

Комендант крепости, генерал О.Лаш:
«Русские тотчас насторожились и накрыли весь этот участок плотным артиллерийским огнем. Ударный батальон вынужден был залечь. Командир 548 дивизии народных гренадеров генерал-майор Зудау (548 дивизия народных гренадёров, обороняла район Лермонтово и отошла к центру) был убит, генерал-лейтенант Шперль (367 пехотная дивизия) – ранен. Гражданское население и солдаты, оставшиеся без руководства, хлынули назад в город. Весь западный фронт крепости оказался открытым, и лишь отчаянными усилиями удалось кое-как залатать брешь».
Изображение

Г.Беддекер «Горе побеждённым»:
«Вскоре после полуночи солдаты двинулись из крепости на запад. Вплотную за ними шли женщины и дети, раненые бойцы и гражданские. Но уже очень скоро немцев остановил заградительный огонь русских, а затем артиллерийские наблюдатели красной армии направили огонь орудий на дорогу, по которой шагали тысячи людей (улицы Горная – Дмитрия Донского).
Мёртвые оставались на дороге, раненых тащили в город. Снова переполнились подвалы. Солдаты и почти 100 тысяч жителей ждали последней атаки».

И. Кобылянский артиллерист 43 армии.
"Было уже далеко за полночь, когда с улицы вдруг послышался непонятный шум, и тут же к нам в комнату со словами «Немцы! Танки!» вбежали оба «боевых охранника».
На улице послышались недалекие орудийные выстрелы, совсем рядом затрещали автоматы. Зазуммерил телефон: командир полка, разместившийся со своим штабом в полукилометре от нас, ближе к центру города, пытался понять, почему штаб отбивается от немцев, а у нас — тишина и покой.
Впятером мы вышли из помещения, прислушиваясь к стрельбе и явно различимому топоту ног по мостовой. В кромешной тьме сквозь металлическую сетку ограды двора пытаемся разглядеть, что происходит на улице, и в этот момент через ограду переваливают двое немецких солдат с карабинами в руках, у одного из них перебинтована голова.
Не успевшие отдышаться и оказать сопротивление «гости» были сразу обезоружены, и мы учинили им допрос по поводу происходящего».

На фото:Современная реконструкция событий. Калининград 2006.
Изображение
Аватара пользователя
logo
Архивариус
 
Сообщения: 5846
Зарегистрирован: 07-09-2004 05:00:00
Откуда: НН
Благодарил (а): 950 раз.
Поблагодарили: 1112 раз.

Сообщение logo » 14-01-2007 19:27:30

Командующий 11 гв. армией, генерал Галицкий И.К.:
«Гвардейцы стойко выдержали натиск врага и не только отразили удар, но и сами перешли в наступление.
Они ворвались на окраины кварталов северо – восточнее кладбища (улицы Сергея Колоскова-Гостинная), введенная одновременно генералом Кошевым 84 дивизия (командир - генерал Щербина И.К.) из-за правого фланга 18-й (командир – генерал Карижский Г.И.) овладела кварталом восточней кладбища и ворвалась на южную окраину соседнего квартала (стадион в районе Гвардейского проспекта).
Преследуя противника, 84-я и 18-я дивизии к 7 утра завязали бой за третью позицию крепости Кёнигсберг.
Через некоторое время противник привёл в порядок отходившие подразделения 548 –й, и 367 –й пехотных дивизий, и создал прочную оборону на линии южная оконечность пруда Обер-Тайх (Верхнее озеро) – Северный вокзал и южнее по железнодорожным путям (Гвардейский проспект)».

Командир 192 гренадерского полка майор Левински:
Через некоторое время, убедившись, что в этом направлении (улица Дмитрия Донского) ему не пробиться, Хартман со своими солдатами повернул назад, в Кенигсберг.
О 171-м полке, наступавшем слева, мы больше ничего не слышали. Правда, иногда раздавался треск тяжелых пулеметов, но определить их местонахождение было трудно. Мы вышли на железнодорожную линию (район станции Западная – Новая), но встретив с обеих сторон сильный огонь, вынуждены были уйти, хотя первоначально намеревались пробиться по ней на запад.
Так двигались мы по совершенно разрушенному заводскому району (Воздушный), где согласно поступившим накануне сведениям, сосредотачивались русские танки, однако нас противник не тревожил.
Совершенно неожиданно мы вышли на Хольштайнскую дамбу, на берег Прегеля.
Как ни досадно, стало уже довольно светло, но выбора у нас не было, поэтому пришлось дальше идти по дамбе в западном направлении (в сторону мукомольного комбината).
Нас оставалось всего 40-50 человек, много солдат мы потеряли на кладбище. Мимо домов, уже занятых русскими, шли мы незамеченными до тех пор, пока у зерновых складов (Мукомольный комбинат) противник не обстрелял наше охранение. Тут-то и началось… Из всех окон русские открыли огонь, стреляли даже с противоположного берега (район порта).
Отстреливаясь во все стороны, мы миновали цепочку складов, затем свернули вправо (местность западней посёлка Воздушный). Продолжать путь по Хольштайнской дамбе не решились, поскольку во всех близлежащих складах противник уже насторожился и не дал бы нам пройти.
Было уже 5.00, в легкой дымке занимался рассвет, и видимость становилась довольно хорошей».

Командующий 43 армией генерал Белобородов:
«Ночь на 9 апреля показала всю основательность такого предположения.
Кенигсбергский гарнизон предпринял две попытки прорваться из окружения. Одна группа с танками, бронетранспортерами и артиллерией нанесла удар из района городского кладбища (район южнее Центрального парка) и была истреблена в ночном бою частями 87-й гвардейской дивизии (командир генерал Тымчик К.Я.).
Другая группа атаковала боевые порядки 24-й гвардейской дивизии севернее Лавскена (район улиц Чапаева – Кутузова), но также потерпела полное поражение».

На карте: Стрелкой показаны направления прорыва группы майора Левински. Синей точкой – расположение штаба артиллериста Кобылянского.
Изображение

И. Кобылянский артиллерист 43 армия:
«Вот что они рассказали и что мы увидели и узнали, когда рассвело:
В конце минувшего дня в небольшом лесу за городской чертой, примерно в двух километрах отсюда, собрались остатки нескольких немецких подразделений, малочисленные группы и одиночки,по разным причинам отбившиеся от своих частей.
К вечеру численность собравшихся достигла примерно трехсот человек, среди них было несколько гражданских лиц, в том числе женщины.
Группу возглавили старшие по званию офицеры, принявшие решение пробраться ночью через городские кварталы на шоссе, ведущее вдоль залива на запад. Вступать в бой они не собирались и надеялись проскочить без большого шума, рассчитывали на беспечность и крепкий сон наших солдат. Во главе колонны медленно двигалось самоходное орудие, вслед — несколько легковых автомобилей, за ними рядами шли остальные. Поначалу все у них получалось хорошо. Прошли мимо госпиталя, даже не заметив окопчика, где мирно дремало наше «боевое охранение», миновали особняк, в котором находился штаб нашего полка, прошли еще метров триста, и здесь, на их беду, самоходка угодила в огромную воронку от авиабомбы. Колонна остановилась.
В это время двое солдат нашего артполка, направлявшиеся сменить дежурных у орудия, увидели группу немцев, окруживших легковой автомобиль.
Подобравшись к пушке, которая стояла в невысоких кустах, отделявших двор от тротуара, солдаты разбудили спавших рядом товарищей и почти в упор выпустили снаряд по немецкому автомобилю. Немцы в панике побежали, а артиллеристы начали стрелять по ним из автоматов. Спасаясь от огня, кое-кто из немцев искал укрытие во дворах, другие прижимались к заборам, большинство бежало. Лишь некоторые отстреливались. К артиллеристам присоединялись солдаты из подразделений нашего полка, огонь усиливался, и немцы, оставив на улице немало убитых, ретировались в сторону леса (район южнее Центрального парка).
К концу допроса «гостей» стрельба утихла, и мы с Сонным решили отправить их к отступившим собратьям. Пусть передадут, что мы гарантируем жизнь всем, кто добровольно сдастся в плен.
«Гости» согласились на эту миссию, но попросили вернуть им карабины, иначе их примут за дезертиров. Мы запросто сделали их оружие небоеспособным, и «парламентеры» отправились в сторону леса. Соин назначил им время возвращения — 6.30 утра.
Спустя некоторое время мне и моим батарейцам привезли еду и «наркомовские сто граммов», а мне вдобавок фляжку трофейного рома, которую вместе с Соиным и двумя офицерами мы вскоре почти опустошили. Насытившись, кое-кто в комнате задремал, другие беседовали, непрерывно дымя слабыми немецкими сигаретами».

На фото:Немецкое штурмовое орудие, застрявшее в воронке. Пригород г.Кёнигсберг, апрель 1945г.
Изображение


Командир 192 гренадерского полка майор Левински:
Просидев весь день в кустарнике, мы, в конце концов, прорвались следующей ночью (с 9 на 10 апреля) через топкую заболоченную местность между Модиттеном и Большим Хольштайном (район западнее посёлка Воздушный).
Поблизости оказалось человек 20 солдат и несколько офицеров 171 полка, а также кое-кто из 548 дивизии народных гренадеров, наступавшей впереди нас. Прорыв не удался, пробиться смогли лишь небольшие группы, да несколько штурмовых орудий.
Генерал-майор Зудау (командир 548 дивизии народных гренадёров) вскоре после начала наступления был убит недалеко от кирхи королевы Луизы (Центральный парк).
Днем мы увидели позади себя умирающий город в завесе дыма и огня, все еще прорезаемой огненными трассами тяжелых ракетных снарядов.
К 17.00 огонь постепенно прекратился. Лишь кое-где стрекотали пулеметы, но и они, в конце концов, замолкали. В вечерних сумерках над мертвым городом клубились черные тучи дыма, освещаемые жутким заревом многочисленных пожаров.
Крепость Кенигсберг пала, а вместе с нею погибли 171 и 192 полки 56 и 61 пехотных дивизий.
Мы же, дойдя, наконец, на следующее утро до передового охранения 561 дивизии народных гренадеров, стоявшего в лесу возле Коббельбуде (совхоз Прегольский), должны были продолжать борьбу, пока и нас не постигнет горький финал».

Командующий 43 армией генерал Белобородов:
«В ту же ночь с внешнего фронта окружения в направлении на Иудиттен (Менделеево) нанесла встречный удар вражеская группа войск "Замланд".
Бой шел несколько часов. К утру 5-я танковая, 1-я и 28-я пехотные немецкие дивизии, понеся большие потери, были отброшены частями 90-го стрелкового корпуса (командир генерал Седулин Э.Ж.).
Вместе с тем попытки генерала Седулина развить этот успех результата не принесли. И части корпуса, и введенная в бой из-за левого фланга 24-я гвардейская дивизия продвигались очень медленно.
Фашистские танки и пехота, опиравшиеся на огневую систему фортов № 6 "Иудиттен" и № 7 "Гросс Хольштайн" (западная окраина города), оказывали сильное сопротивление».

Дикерт и Гроссман, военнослужащие вермахта, участники событий:
«Предложенное и утверждённое генералом О. Лашем 8 апреля наступление 5-й Танковой дивизии, на участке фронта 561-й дивизии (Косма), не было проведено, поскольку во время передачи сообщения в 5-ю танковую дивизию началось мощное русское наступление на 1-ю пехотную дивизию севернее Зеераппена (Люблино).
Вновь и вновь противник атаковал дивизию. Пятнадцать танков врага было подбито, часть из них - средствами ближнего боя. С неукротимой энергией держалась Восточно-Прусская дивизия за свою родную землю и не допускала прорыва на своём участке".

Карта из книги Галицкого Н.К[b]., командующего 11 гв. армией.
Район боевых действий: Кёнигсберг 8-9 апреля 1945 года. Северо –Западная окраина.[/b]
Изображение

Командующий 11гв. армией, генерал Галицкий Н.К.:
«В то же время завязались упорные бои у соседа слева – в полосе 13-го гвардейского корпуса 43 армии (командир генерал Лопатин А.И.).

Здесь пыталась прорваться на запад группа охранных и полицейских частей. Все её атаки были отбиты. Такая же неудача постигла и соединения 4-й немецкой армии, наносившие встречный удар на Кёнигсберг.
Таким образом, прорыв немцам не удался. Просочились кое-где лишь отдельные небольшие группки».

Комендант крепости, генерал О.Лаш:
«После неудавшегося прорыва предпринималось немало других попыток выбраться из Кенигсберга и, таким образом, избежать плена. Но удавалось это лишь немногим, вроде таких смельчаков, как майор Левински со своими друзьями.
Рассказывали, что другой офицер, помоложе годами, сумел вырваться, уцепившись за ствол дерева и плывя, от Имперского (Двухярусного) моста вниз по течению Прегеля. Капитан Зоммер говорил, что сумел уйти на грузовике, пробиваясь утром 8 апреля окольными путями».
«В результате непрерывных атак противника, получившего после нашей неудачной попытки прорыва еще большее превосходство, фронт в ночь с 8 на 9 апреля начал во многих местах окончательно ослабевать».

Современная панорама места прорыва. Калининград 2005
Подробно – в увеличенном варианте
Изображение


И. Кобылянский артиллерист 43 армии:
Неожиданно в комнату вошел санитар из штаба полка и спросил, говорит ли кто-нибудь из нас по-немецки. Он с товарищами только что принесли в госпиталь, тяжело раненного во время недавней стрельбы ефрейтора Костикова, охранявшего штаб полка.
Я пошел с санитаром, в приемной госпиталя при свете карманного фонаря увидел безжизненное лицо еще дышавшего ефрейтора, а рядом с ним наших солдат и немецких врачей. Разгоряченный недавно выпитым ромом, я потребовал вызвать главного хирурга и в резкой форме объявил, что он ответит головой, если жизнь советского воина не будет спасена.
(Не сумели, однако, помочь немецкие врачи семнадцатилетнему москвичу Юрию Костикову: ранение в живот оказалось смертельным. Позже я узнал, что Юрий был ранен в схватке у входа в штаб, где он уложил несколько немцев, пытавшихся пробиться в здание.
Посмертно ему присвоили звание Героя Советского Союза.
Прах Юрия Костикова покоится под мраморной плитой у памятника 1200 гвардейцам, неподалеку от места его подвига. Именем Юрия была названа московская школа, в которой он учился, и одно из рыболовецких судов на Балтике.)
Возвратившись из госпиталя, еще не остывший после разговора с врачами, я растолкал задремавшего Соина, и мы вдвоем допили остатки рома. Начало светать, стрельбы не слышно, сильно потянуло ко сну.
Неожиданно вошли солдаты, дежурившие под окном, на обоих лицах испуг. От их сообщения «Снова немцы прут!» все вмиг проснулись, а через минуту выскочили из помещения и побежали в сторону штаба. Так случилось, что я был последним. Машинально взглянул на часы — ровно половина седьмого. Видно, пары алкоголя не совсем одурманили мою голову — вспомнил, что именно это время было назначено «парламентерам». Не они ли возвращаются, мелькнула мысль.
Остановился и, оглянувшись, посмотрел в бинокль, который всегда висел у меня на шее. Фигуры людей, смутно видневшиеся вдали, еще не давали уверенности, что моя догадка верна. Поколебавшись секунду, решительно зашагал навстречу немцам. Пройдя метров сто, снова посмотрел в бинокль и чуть не заплясал от радости: впереди колонны, построенной по два, виднелся человек с белой повязкой на голове.
Сразу унялась внутренняя дрожь, прибавил шагу, и вот они, все безоружные, уже передо мной.
Пленных оказалось 102 человека, офицеров среди них не было. Став по центру, я обратился к немцам с речью, выдержанной в духе того времени. Говорил о том, что теперь они останутся живы (не могу поручиться, что так оно и случилось), что увидят свои семьи.
Немцы слушали очень внимательно. Это подогрело мой ораторский раж, и я начал провозглашать лозунги. Сначала выкрикнул «Nieder mit dem Krieg!» («Долой войну!») и услышал в ответ дружное «Hoch!» (соответствует нашему «Ура!»), еще дружнее откликнулись немцы на мое «Гитлер капут!».
Не представляю, как долго продолжал бы я свою «речь», если бы не заметил, что на левом от меня фланге шеренги активно действуют несколько невесть откуда появившихся солдат из нашего отряда.
Нетрудно было догадаться — ребята собирают «трофейные» часы. Подумал о своем интересе и сказал: «А теперь прошу дать на память советскому офицеру хорошие часы». Произошла заминка, немцы о чем-то шушукались с «парламентером», а часы никто не давал. Пришлось спросить о причине. Оказалось, их смутило требование давать хорошие часы, а не часы вообще.
Сказал, чтобы давали любые, и в одну минуту нагрудные карманы моей гимнастерки заполнились часами разных фасонов (потом оказалось, что в основном это были дешевые «штамповки»).
Затем я велел одному из наших солдат остаться со мной для конвоирования немцев, а остальным приказал удалиться.
Восстановив порядок в шеренгах, скомандовал немцам следовать за мной. Солдат с автоматом замыкал необычное шествие. Мы пришли к штабу полка.
Вышедший офицер был поражен моей «добычей» и направил нас в соседний двор, где под охраной полковых автоматчиков сидели на земле несколько пленных немцев. Сдав конвоирам «мою» сотню, донельзя гордый собой, я вернулся в наш флигель. Здесь у входной двери стояла кухня Соина, а в комнате начинался завтрак.
На этот раз вместо рома пили спирт, немного поели, покурили, и я улегся на узенькую медицинскую кушетку, накрывшись плащом. Растолкал меня ординарец в полдень: «Гвардии лейтенант, вставайте! Команда выходить из города!»
Еле продрал глаза. Восстановил в памяти головокружительные события минувшей ночи и вышел во двор, где батарея уже была готова к маршу.
С полком мы пошли на запад вдоль залива, тесня деморализованного противника в сторону Пиллау (Балтийск). До победного окончания войны оставался один месяц».

Немцкие солдаты капитулируют. Реконструкция событий, Калининград 2006г.
Изображение


Кстати: В штурме Кёнигсберга с Советской стороны участвовали 84 генерала и 1 маршал, такую информацию даёт сборник "Штурм Кёнигсберга" 1975......
С немецкой - 8 генералов......это говорят немцы.....да и наши не спорят.....


Подведём итоги:
После провала контратаки 5 танковой и 561 гренадёрской дивизий на Иудиттен (Менделеево), вечером 8-го апреля, командование крепостью поняло – Кёнигсберг падёт, вопрос времени.
Комендант О.Лаш запросил разрешение на прорыв у штаба группировки находящегося в Пиллау (Балтийск). Военным отказали, но для обеспечения вывода населения, отобрали у гарнизона значительные силы, сильно ослабив оборону города.
Итогом вылазки стало понимание, что крах неминуем и очень близок. До капитуляции Кёнигсберга оставалось 10 часов упорных уличных боёв…

С уважением к читателям, жду вопросов и дополнений... logo..... :wink:
Аватара пользователя
logo
Архивариус
 
Сообщения: 5846
Зарегистрирован: 07-09-2004 05:00:00
Откуда: НН
Благодарил (а): 950 раз.
Поблагодарили: 1112 раз.

Сообщение logo » 14-01-2007 19:33:48

Подвиг Юрия Костикова, по версии Чкаловских краеведов:
«Да, враг не мог ни пройти, ни уйти от расплаты. Как стая загнанных зверей, окруженных со всех сторон нашими войсками, немцы выползали из «вечных» укреплений Кёнигсберга и под прикрытием аспидно-черной ночи пытались пробиться к дороге, ведущей на Пиллау, чтобы соединиться с Земландской группировкой своих войск. Но и тут гитлеровцам был поставлен надежный заслон.
Одна из фашистских групп, насчитывающая свыше трехсот человек, подошла к позициям 261-го гвардейского стрелкового полка 87-й гвардейской Перекопско-Краснознаменной дивизии. Часть из них пробралась к участку, где у командного пункта дивизии находился боевой пулеметный расчет гвардии сержанта Юрия Костикова.
А началось это так. Три часа ночи. С востока приближалось утро. До слуха Костикова доносилась непрерывная канонада: сражение не утихало ни днем, ни ночью. Наступал четвертый и последний день штурма Кёнигсберга. Но на участке расчета Костикова в эти часы было тихо.
Костиков пристально всматривался в сумерки. В прогалине между деревьями он заметил размытый туманом человеческий силуэт, за ним обозначился другой, третий... «Видно, наши разведчики возвращаются с задания»,— мелькнуло в сознании сержанта. И тут он слышит чужие, лающие голоса: «Шнель!.. Шнель герр!..» Речь фашистов заглушила точная очередь пулемета Костикова.
Враг стал все яростнее наседать. Находясь в тылу батальонов, используя открытый подступ, к штабу полка устремилась целая рота автоматчиков. Они не думали встретить серьезное сопротивление.Немцы шли вначале, как на прогулку, во весь рост. От штаба их отделяли 50—60 метров.
Но меткий пулеметный огонь расчета Костикова остановил фашистов — Вот так и будем бить сволочей, Петька, — не отводя глаз от цели, сказал Костиков лежащему рядом заряжающему, тамбовскому пареньку.
Стянув все свои силы в узкий промежуток, враг снова поднялся в атаку. Офицеры, находившиеся в штабе полка, из личного оружия отстреливались от озверевших в своем бессилии фашистов. Пулемет Костикова на какие-то секунды умолк. Последнюю ленту подал заряжающий.
— Гранаты... гранаты сюда! — прозвучала команда сержанта Костикова. Бросок, еще бросок...
И вдруг где-то поодаль, с левого фланга, забила дружная дробь автоматов. Родное, русское «У-р-р-р-а!», казалось, заглушало грохот боя. Это пришла на помощь наша стрелковая рота.
Но отважный пулеметчик уже не слышал победного клича... Гвардии сержанта Юрия Костикова фронтовые друзья и товарищи нашли мертвым.
Горячее сердце героя, пробитое насквозь, остановилось навеки. Когда в бою умирают гвардейцы, крылатая слава слетает с воинского Знамени и незримо становится в почетный и бессмертный караул у изголовья погибшего. У изголовья героя склонилось священное полковое Знамя, которое он спас ценой собственной жизни. Эта жизнь дорого обошлась врагу. Пятьдесят трупов гитлеровских солдат и офицеров валялось в зоне разящего огня боевого расчета.
Юрия Костикова похоронили в братской могиле в небольшом сквере. Выступая на траурном митинге, командир 261-го гвардейского стрелкового полка полковник Рубцов сказал о герое так: «Юрий Николаевич Костиков был верным сыном своего Отечества. А верных ее сынов Отчизна помнит и чтит...».
Аватара пользователя
logo
Архивариус
 
Сообщения: 5846
Зарегистрирован: 07-09-2004 05:00:00
Откуда: НН
Благодарил (а): 950 раз.
Поблагодарили: 1112 раз.

Сообщение SMonk » 15-01-2007 16:41:19

в принципе у немецкого командования небыло никаких шансов на успех.
На участке прорыва у русских находился 13 гв.ст.кор 36 гв.ст.кор. + второй фронт 90 ст. кор. ориентировочно около 4000 - 6000 тыс челов + танки + артилерия.
что немцы противопоставили
61 п.д. - точнее 192 гр.п.п. (край два полных батальона 600 чел.)
367 п.д. - точнее противотанковый арт. дивизион майоран Хартмана и тодо участка прорыва техника не дошла и в прорыве участвовали 30 артелеристов
56 п.д. - точнее 171 гр.п.п. - еще точнее его остатки около 150 человек.
548 п.д.н.г. - о количественном составе данных нет.
итого соотношение сил
русские 4000 - 6000 тыс челов
немцы (без 548 п.д.н.г. ) - 700 - 1000 челов.
К тому же по описаниям майора Левински прорыв проходил тремя группами из трех груп частично вышла одна и несколько человек в других. это больше походил на удар растопыренными пальцами чем на кулак.
в принципе все что описал уважаемый Logo все ястнооо и понятнооо за исключением одного судьбу 548 п.д.н.г.
SMonk
 

Сообщение logo » 15-01-2007 17:40:26

Да понятно, что у немцев шансов не было.....
Накопилось источников разных на такой вот рассказ, вот и пытаюсь этим с вами поделиться......... :roll:

Панораму, кстати, сам фотографировал и монтировал.
Первый опыт, так сказать….
Благодарю как всегда камерада preussen, это он на кран портовый меня затащил….. :wink:

По 548 дивизии много неясного, но исторя, как её разодрали на куски в Центральном районе Калининграда, ещё не сложилась до конца, подождём новой информации..... :wink:
Аватара пользователя
logo
Архивариус
 
Сообщения: 5846
Зарегистрирован: 07-09-2004 05:00:00
Откуда: НН
Благодарил (а): 950 раз.
Поблагодарили: 1112 раз.

Сообщение SMonk » 16-01-2007 22:03:51

интересен последний путь господина генерал-майора Шуберта.
на райберте эта тема поднималась, но есть много неясного.
у лого если есть немецкий оригинал, может посмотрит один момент:
"На рассвете они спрятались в этих пустых бункерах: генерал Шуберт вместе с Пешке и Деннингхаусом – в одном бункере, остальные – в соседнем"
там немецкое слово точно переводиться как бункер или есть различные толкования?
может там есть толкования как землянка, блиндаж или дзот?
Если нет возможности перевести то можно выложить кусок попытаюсь сам перевести.
заранее спасибо.
SMonk
 

Сообщение logo » 18-01-2007 08:49:02

Вот описание бункеров в Модитене у Лаша:
Изображение

Ещё.....
Изображение

В книге написано - Bunker................... :roll:
Аватара пользователя
logo
Архивариус
 
Сообщения: 5846
Зарегистрирован: 07-09-2004 05:00:00
Откуда: НН
Благодарил (а): 950 раз.
Поблагодарили: 1112 раз.

Сообщение serg » 27-01-2007 23:50:58

uran238 писал(а):Сань - тогда снова нало определятся с понятийным аппаратом. Что есть бункер?

Из ABBYY Lingvo 11 Шесть языков:
Bunker -s,
-Универсальный словарь:
1) бункер
2) (бетонированное) убежище; долговременное огневое сооружение
3) бомбоубежище
4) тюрьма, карцер in den Bunker kommen [fliegen] — попасть в тюрьму [в карцер]

-Политехнический словарь:
1) бункер
2) блиндаж; убежище; укрытие
Аватара пользователя
serg
инженер-механик
 
Сообщения: 1232
Зарегистрирован: 27-02-2006 00:52:02
Откуда: Калининград
Благодарил (а): 930 раз.
Поблагодарили: 191 раз.

Сообщение logo » 29-01-2007 11:35:02

Действительно, значений у слова очень много.....
Фото бункера в Модиттене времён штурма города есть в этой теме..

http://kenig.org/digger/forum/viewtopic ... 60&start=0
Аватара пользователя
logo
Архивариус
 
Сообщения: 5846
Зарегистрирован: 07-09-2004 05:00:00
Откуда: НН
Благодарил (а): 950 раз.
Поблагодарили: 1112 раз.

Сообщение Frey Fox » 24-02-2007 05:40:57

Вот еще описание этого события.

Редько Б. Ф.
Огнем и словом

Вечером 8 апреля полки нашей дивизии были выведены из боя. Теперь они поэшелонно оседлали дорогу, ведущую из Кенигсберга в военно-морскую базу Пиллау (ныне Балтийск).
А тем временем кольцо окружения кенигсбергского гарнизона неумолимо сжималось. В этих условиях элита гарнизона попыталась вырваться из города-крепости. Во втором часу ночи танковая колонна гитлеровцев оттеснила подразделения соседней дивизии и начала таранить оборону нашего полка. Положение создалось критическое. Комсорг полка гвардии старший лейтенант Константин Евстафьевич Клименков, находившийся в то время на огневых позициях артиллерии, рассказывал:
— Фашистская колонна шла прямо на нас. Вот уже головные танки подошли почти вплотную к орудиям Василия Гаражи, Ивана Семиглазова и Виктора Трегубова. Их расчеты открыли беглый огонь. С первых же выстрелов два танка и несколько бронетранспортеров загорелись, но продолжали двигаться вперед, освещая дорогу, идущую под уклон.
Артиллеристов поддержали стрелки, занимавшие оборону вдоль дороги. Они вели прицельный огонь по гитлеровцам, выпрыгивавшим из горящих машин...
Клименков выдвинулся к колонне и бросил противотанковую гранату. Один из танков загорелся. Примеру комсорга последовал телефонист гвардии рядовой Владимир Гайсин. Он тоже кинул гранату, подбив ею бронетранспортер.
Бой был скоротечным. Вражеская колонна все же проскочила участок обороны нашего полка, оставив в кюветах десять горящих танков и бронетранспортеров и свыше пятидесяти трупов гитлеровцев. Основная же часть машин продолжала бросок...
У железнодорожного переезда колонна налетела на оборонительный рубеж 70-го гвардейского полка. Для командира полка гвардии майора С. П. Буткевича это был [130] последний бой. Случилось так, что танковая колонна прорвалась к КП полка. В расчете находившегося здесь орудия выбыли из строя одновременно и командир и наводчик. Тогда Буткевич и его ординарец гвардии сержант Казаков встали к орудию и открыли огонь. Они подбили танк и два транспортера, но в схватке с бронированными машинами погибли и сами.
Сергей Петрович Буткевич прошел вместе с Александром Казаковым огромный путь: от Ленинграда — через сталинградские, донские и украинские степи, литовские леса и болота — до Кенигсберга. Их связывала крепкая дружба...
Что до вражеской танковой колонны, то она была полностью уничтожена соседними артиллерийскими и пехотными подразделениями. Ей так и не удалось вырваться из Кенигсберга
Аватара пользователя
Frey Fox
Исследователь
 
Сообщения: 788
Зарегистрирован: 21-11-2006 08:17:43
Откуда: Камчатка
Благодарил (а): 18 раз.
Поблагодарили: 145 раз.

Сообщение logo » 17-09-2007 08:07:45

Юрий Иванов участник штурма Кенигсберга

Изображение
«Вот тут, на повороте дороги. Восьмого апреля вот оттуда, сверху, выползла тысячная колонна пытавшаяся вырваться из Кёнигсберга, из форта «Обсерватория», на Пиллау, нацистов, жандармов, полицаев, чиновников гестапо, СД, СА….И вот отсюда, от ворот этого огромного здания, бывшей «психушки», по ним ударили в упор из пулемётов и автоматической скорострельной четырёхствольной зенитки….Нам, точнее, нашей похоронно – музыкальной команде, ох как поработать пришлось. Сколько их тут лежало! И женщины и дети. Ведь и у фашистов, чиновников гестапо, СД, СА были дети. Наверно и сейчас, под снегом, под серой брусчаткой земля не чёрная, а бурая.
Вот там их хоронили, справа. Всех вместе, в одну яму, без гробов. А день был такой тёплый, солнечный, и такие они были все страшные…Липа цвела…Она немного отбивала трупный смрад».
Аватара пользователя
logo
Архивариус
 
Сообщения: 5846
Зарегистрирован: 07-09-2004 05:00:00
Откуда: НН
Благодарил (а): 950 раз.
Поблагодарили: 1112 раз.


Вернуться в Следы Второй Мировой войны

Кто сейчас на конференции

Сейчас этот форум просматривают: нет зарегистрированных пользователей и гости: 2



При использовании материалов ссылка на сайт обязательна.


Заметки профессионала для собственников
Ты можешь поддержать проект